Сборник статей под редакцией Гайденко П. П. Введение - страница 31


ности, об открытии Коперника, Яки останавливается, прежде всего,

на предпосылках зарождения науки, пытается ответить на вопрос,

как эта наука оказалась возможной. Анализируя соотношение науки

и христианства, Яки останавливается на ряде научных открытий с

точки зрения подтверждаемости ими некоторых особенностей все-

ленной, напрямую связанных с Богом-Творцом. К таким особенно-

стям относятся:


1. Мир сотворен Богом, в этом смысле он реален.


2. В начале мира - Бог-Творец, сотворивший мир по своей воле,

по своему выбору, а это значит, что мир мог бы быть и иным, он

условен.


3. Мир, как и каждая отдельная вещь в мире, специфичен, он

именно такой, отличный от любого другого возможного мира.


4. Из предыдущих двух качеств мира вытекает его свойство не

быть необходимым.


5. Мир причинно обусловлен и развивается от причины к следст-

вию, причем причина не может стать следствием и наоборот, по-

скольку развитие не циклично.

6. Мир сотворен Богом из ничего.

Особенно пристальное внимание Яки обращает на моменты на-

чала вселенной, где тесно соприкасаются наука, философия, религия.

Для него важны специфические черты, которые проявляются, по его

мнению, особенно отчетливо, если процесс расширения вселенной

проследить в обратном направлении. Огромное значение имеет ус-

тановление самого факта расширения вселенной на базе космологи-

ческих уравнений Эйнштейна и данных красного смещения в спект-

рах галактик. Закон о зависимости между скоростью галактик и

расстоянием до них приводил не только к выводу о том, что вся

вселенная подвержена всеобщей динамике расширения, но также и

к заключению, что в далеком космическом прошлом все вещи, или

вселенная, должны были образовывать очень маленький объект.


Вселенная в терминах эйнштейновской космологии обнаружила

ряд своих важных подробностей, прежде всего таких, как полная

масса и максимальный размер. Это достаточно специфические

подробности, и они свидетельствуют об условности вселенной, т. е.

о возможности ее существования с иными специфическими характе-

ристиками. Но если вселенная реальна и специфична, то напрашива-

ется вопрос: почему вселенная такова, какая она есть, а не другая?

Поставив вопрос таким образом, человек тем самым обращается к

Богу, свободному избрать для творения одну из бесконечного числа

возможных вселенных. Для того чтобы лучше разобраться в фило-


^ НАУКА И РЕЛИГИЯ ГЛАЗАМИ С. ЯКИ 243


софском значении результатов теории расширяющейся вселенной,

Яки считает необходимым обратиться к некоторым моментам исто-

рии науки, прежде всего, к оптическому и гравитационному пара-

доксам бесконечной вселенной.


Еще в конце XVII в. Бентли попросил Ньютона прокомментиро-

вать то, что спустя два столетия стало называться гравитационным

парадоксом бесконечной вселенной. У Бентли не было математиче-

ского доказательства, он рассуждал на качественном уровне, пытаясь

показать, что в бесконечной однородной вселенной, состоящей из

звезд, суммарный эффект гравитационного притяжения будет нуле-

вым, так как притяжение будет одинаковым во всех направлениях.

Предполагаемая однородность вселенной, наряду с ее бесконечно-

стью, не поддавалась единому научному охвату. Чем более одноро-

ден объект, тем более он напоминает, по мнению Яки, скользкую

рыбу, которую невозможно удержать в руках. Однородность бес-

конечной вселенной понималась сначала как равномерное распре-

деление звезд, которые сами по себе были в высшей степени спе-

цифическими объектами. Но и в этом случае равномерное распре-

деление приводило к неразрешимым парадоксам, оптическому и

гравитационному, в результате чего вселенная, как рыба, выскаль-

зывала из рук ученого.


Яки полагает, что не выдерживают критики научные теории, ко-

торые претендуют на научное объяснение начала мира. По этой

причине он очень скептически относится к гипотезе Далласа. Глав-

ный недостаток этой теории он видит в том, что она не учитывала

такой важный закон механики, как сохранение момента количества

движения. Лаплас мог лишь предполагать, что первоначальная

туманность обладала вращательным движением, но никак не мог

утверждать, что ему удалось научным образом объяснить это пред-

положение. Хотя Лаплас и заявил гордо, что он не нуждался в ги-

потезе Бога, <в действительности, от начала и до конца его теория

нуждалась в повторяющихся вмешательствах какой-то вьешней си-

лы, способной обеспечить то, что не могла дать лапласовская физи-

ка> ". Физика Далласа не могла объяснить, почему исходная туман-

ность состоит из таких материальных частиц, чьи взаимодействия

могли порождать турбулентность.


Теория расширяющейся вселенной впервые, по мнению Яки,

сделала респектабельными, с точки зрения науки, рассуждения и

догадки, касающиеся ранних этапов эволюции вселенной, которые


^ Яки С. Бог и космологи. С. 45


^ 244 Л. А. МАРКОВА


на миллиард лет предваряют образование звезд и большинства

химических элементов. Проводятся все более и более интенсивные

исследования, теоретические и экспериментальные, касающиеся

первоначального состояния материи. С философской точки зрения

важно, считает Яки, что эти исследования приводят к заключению

о неоднородности первоначального состояния космоса. Сведения,

полученные об элементарных частицах, говорят о том, что они обла-

дают точными количественными характеристиками, и вполне спе-

цифические взаимодействия этих частиц описываются формулами,

предельно далекими от простоты.


В последние десятилетия новые открытия в области физики самым

тесным образом связаны с космологией, прежде всего, с исследова-

нием самых ранних этапов эволюции вселенной. Особенно важным

является открытие в 1965 г. космического реликтового излучения,

которому соответствовала температура 2,7° по Кельвину. Это излу-

чение можно считать реликтовым свидетельством вполне специфи-

ческого состояния вещей, имевшего место в продолжение второй и

третьей минуты после начала наблюдающегося расширения все-

ленной. За последние двадцать лет наука продвинулась далеко в

пределы первых двухсот секунд, в течение которых должен был

осуществиться синтез водорода, дейтерия, трития и гелия. Сегодня

исследуются процессы, происходившие в промежуток времени, по

сравнению с которым миллиардная, триллионная и даже квадри-

лионная доля секунды должны казаться вечностью.


Таким образом, физика и космология все ближе подходят к началу

вселенной, без надежды, однако, когда-либо включить это начало в

структуру своего знания. Между тем, в популярных изданиях, пишет

Яки, без всякого на то основания появляется слово ,

вводящее в заблуждение и вызывающее озабоченность. Гамов по-

пытался устранить эти недоразумения, сопроводив название своей

книги предостережением, гласящим, что сло-

во означает не более чем изготовление чего-то стройного

из бесформенного, т.е. Гамов прибегнул к понятию (<бесформен-

ное>), которому нет места в физике, физика может иметь дело

лишь с формами, или количественными характеристиками.


Если задаться вопросом о происхождении протонов, электронов

и нейтронов, т. е. если заняться изучением той фазы, которая дала

начало их образованию, то нельзя оставить без внимания и анти-

частицы. Поскольку при столкновении частицы и античастицы ан-

нигилируют, то в начале не может быть одинакового числа частиц

и античастиц, так как в подобном случае в итоге останется лишь


^ НАУКА И РЕЛИГИЯ ГЛАЗАМИ С. ЯКИ 245


одно излучение. Преобладание вещества над антивеществом обес-

печивается неравенством, которое является одним из наиболее уди-

вительных неравенств, оно лишь на волосок сдвинуто от полного

равенства. Рождение обычного вещества опережает количество рож-

денного в результате распада антивещества на одну десятимилли-

ардную часть, едва заметное отклонение от баланса

или симметрии.


Яки считает важным подчеркнуть, что эта небольшая асимметрия

(десять миллиардов антипротонов на десять миллиардов плюс один

протон) свидетельствует о тонкой специфичности космоса. Особен-

но четко это обнаруживается на ранней стадии эволюции космоса,

когда он мал и его легко весь охватить взором. Этот дисбаланс между

числом протонов и числом антипротонов обнаруживается к моменту

истечения одной триллионной части первой секунды. Вселенная по

размерам тогда не превышала футбольный мяч. Яки отмечает, что

фундаментальные частицы все являются невероятно специфиче-

скими и своеобразными. Не удивительно, что физикам приходится

прибегать к таким понятиям, как цвет, очарование, странность и

т. д. Взаимодействие фундаментальных частиц также является

вполне специфическим.


Яки полагает, что в XX в. космология преодолела свой предысто-

рический этап, когда начало мира считалось диффузным. Теперь,

по мнению Яки, ранние состояния космоса, скорее, напоминают

сложный, с тщательно отделанными ступенями каскад, на выступах

которого формируются все новые и новые поколения частиц, пока не

начнет доминировать обычный набор легких элементов. Большин-

ство частиц порождают одна другую, причем посредством весьма

специфических процессов, каждый из которых предполагает строгие

правила отбора из ограниченного набора возможностей. Ситуация

останется такой же, даже если проследить эти первозданные про-

цессы до планковского времени, т.е. до 10"" секунды, что означает

исследование состояний при температурах, превышающих 10^°К.

Только при таких температурах гравитация становится неотличима

от других трех сил: электромагнитных, слабых и ядерных.


Пока реальность воспринимается как специфичная и познается

как таковая, она никогда не представится глазам ученого в своем

начале туманностью, как это имеет место в теории Далласа. Если

вселенная, с точки зрения науки, реальна и специфична, то ученый

с неизбежностью выходит за пределы специфических этапов эволю-

ции вселенной к причине, которая должна находиться за пределами

вселенной, выше нее. Альтернативой этому может быть только


^ 246 Л. А. МАРКОВА


уход в бесконечность, в этом случае вселенная перестает быть со-

вокупностью согласованно взаимодействующих вещей. Примерно

так формулирует Яки так называемый космологический аргумент в

пользу существования Бога. По его мнению,, современная космоло-

гия противоречит утверждению, что рациональность устройства

вселенной всегда останется гипотезой, а не установленным фактом.

Поскольку и это утверждение, и обратное ему являются философ-

скими, то наука, даже современная космология, не может доказать

их. <Но если и существует в современной научной космологии

здравое и лидирующее направление, то это глубоко укорененная

убежденность, обнаруживаемая, если не в мышлении ученых, то в

практике, что вселенная - это реальность, которая благодаря своей

специфичности может быть и как целое, и в своих частностях до

конца исследована наукой> ^.


Специфичность вселенной выражает свою условность тем, что

ограничена специфической формой физического существования.

Такая форма существования, по мнению Яки, не может быть вос-

принята на научных основаниях как необходимая форма существо-

вания. Специфичность вселенной, являющаяся свидетельством ее

реальности, свидетельствует также и о ее условности, т.е. о том,

что она является лишь одной из многих возможных вселенных. От

выбора Бога зависит, какая из возможных вселенных обретет ре-

альность. Чтобы усвоить такой ход мыслей, необходимо начать с

тренировки ума, который должен уметь увидеть в любой обычной

вещи, самой заурядной, ту специфичность, которая демонстрирует

условность этой вещи, т. е. возможность для нее быть иной. Только

пройдя такую тренировку, ум сумеет и через познание вселенной

достичь тех мысленных высот, где человек способен узнать Творца

вселенной.


В своем анализе теории расширяющейся вселенной Яки пытается

показать, что рассуждения в рамках этой теории неизбежно приво-

дят к идее Творца. Исследования, обращенные назад, к началу про-

цесса расширения вселенной, наблюдающемуся сейчас, ставят во-

прос о возникновении вселенной, о ее творении. Однако наука на

базе своих собственных постулатов, исходных предпосылок не может

решить проблему творения из ничего, с самого начала естествоис-

пытатель имеет дело со специфическими, отличающимися друг от

друга и специфически взаимодействующими, реально существую-

щими, уже сотворенными фундаментальными частицами. Любая


^ Там же. С. 68.


^ НАУКА И РЕЛИГИЯ ГЛАЗАМИ С. ЯКИ 2^7


гипотеза об исходной, первоначальной однородной туманности на-

всегда останется лишь гипотезой, ее нельзя математически доказать.

Пути науки подводят ученых к Богу, идея Бога-Творца помогает

им успешно работать в своей собственной области. Ученый осво-

бождается от необходимости думать о моменте сотворения мира,

но в то же время у него есть уверенность в реальность окружающей

его действительности, ее рациональном устройстве и познаваемости

научными средствами.


Ограничивая достаточно жестко область допустимого в науке

(ученый не должен сомневаться в реальности вселенной, ее при-

чинной обусловленности и рациональном устройстве, в сотворении

мира Богом), Яки и все научные открытия рассматривает под со-

ответствующим углом зрения, в какой мере они не выходят за пре-

делы дозволенного в науке. В результате часто Яки оказывается в

двусмысленном положении: с одной стороны, он восхваляет науку

как получившую благословение христианского Бога и, со своей

стороны, подводящую с необходимостью к идее Бога, с другой - он

вынужден отвергать целый ряд научных идей и теорий, достаточно

органически включенных в структуру научного знания, таких, как

идея бесконечности, теория Дарвина, соотношение неопределенно-

стей, теория туннелирования альфа-частиц, антропный принцип и

ряд других. Отсюда вытекает и его конфронтация со многими из-

вестными историками науки, о чем речь пойдет ниже. Сейчас рас-

смотрим, как оценивает Яки некоторые из научных достижений, не

совпадающие с его определением научности.


На космологической конференции в 1931 г. Джеймс Джине и

Роберт Милликен постулировали возникновение материи в косми-

ческих пространствах, которое напоминало спонтанное возникно-

вение атомов из ничего. Если бы такое возникновение имело место,

тогда бы вселенная, несмотря на расширение, могла бы сохранить

свою прежнюю плотность и оказалась бы неподвластной времени.

Теория устойчивой вселенной не могла быть, по мнению Яки, на-

учной теорией в строгом смысле этого слова, скорее, она была фи-

лософской, поскольку касалась самого источника существования

вещей. Если бы удалось научно обосновать, что атомы возникают с

постоянной скоростью из ничего, тогда бы новые галактики могли

постоянно образовываться в пространствах, остающихся пустыми

из-за разбегания галактик. С физической точки зрения это означало

бы постоянство или сущностную неизменность физической вселен-

ной, но такой вывод имел бы в своей основе чисто метафизический

тезис, которым подрывалась вся онтология, или учение о бытии.


^ 248 Л. А. МАРКОВА


Такая антионтологическая установка предполагала, что все вещи,

т. е. вся вселенная обязаны своим существованием произвольному

утверждению о возникновении реальных вещей из ничего, как если

бы ничто могло быть спонтанным онтологическим источником су-

ществования. Согласие с таким утверждением означало бы забве-

ние основных' принципов научного исследования, прежде всего,

принципа причинности.


Яки не удовлетворен аргументами, которые были выдвинуты с

целью критики теории устойчивой вселенной. Их авторы, считает

Яки, не сумели поднять такие фундаментальные вопросы, как, на-

пример: может ли какое-либо физическое явление приписываться

на уровне наблюдения возникновению из ничего? Не является ли

возникновение из ничего сугубо метафизическим утверждением,

всецело находящимся вне компетенции физики и ее методов? Не

выходит ли ученый за пределы своей компетенции, когда утвер-

ждает, что самая важная проблема современной астрономии и одна

из наиболее важных проблем науки в целом - это задача разреше-

ния вопроса об онтологическом и временном происхождении все-

ленной? Допустимы ли для ученого такие произвольные игры с

реальностью? Научным сообществом не было показано, что защи-

щаемый рядом ученых космологический принцип

был ими так назван именно потому, что они желали приписать

вселенной то окончательное совершенство вечной неизменности,

которое приписывалось ей же всеми языческими, пантеистическими

и материалистическими мыслителями.


Такого рода вопросы не были учеными поставлены и обсуждены

с достаточной четкостью. Объясняется это частично и тем, что, как

справедливо заметил однажды Эйнштейн, ученый, как правило,

является плохим философом. Среди ученых достаточно широко

было распространено мнение, что с этой жизнью все кончается. В

таком духе высказывался и Эйнштейн: <Бессмертие? Есть два вида

бессмертия. Первое существует в человеческом воображении и яв-

ляется иллюзией. Есть относительное бессмертие, которое может

сохранить память о человеке на протяжении нескольких поколений.

Но есть лишь одно истинное бессмертие, в космическом масштабе,

и это бессмертие самого космоса. Никакого иного бессмертия нет> ^.

Если вселенная не преходяща, то она <не нуждается в Творце. Она

может вечно продолжать возникать из ничего и если и нуждается в

чем-то, так это в умении совершать высший из фокусов, заключаю-


^ Там же. С. 79.


^ НАУКА И РЕЛИГИЯ ГЛАЗАМИ С. ЯКИ 249


щийся в поднятии самого себя за шнурки собственных ботинок над

той величайшей из бездн, которая отделяет бытие от небытия> ^.

Вечность вселенной могла бы избавить от вопросов относительно

всякой реальности, трансцендентной вселенной и являющейся при-.

чиной ее бытия.


Идея циклической вселенной приводит к вечности вселенной,

существующей неопределенно долго в прошлом и будущем. Соглас-

но второму началу термодинамики, осцилляции вселенной должны

рассматриваться как постепенное затухание. Поэтому различие

между вселенной с единичным расширением и вселенной с много-

численными циклами сжатия и расширения не так значительно,

как можно подумать. В осциллирующей вселенной энергетические

пики последующих циклов все уменьшаются, и кривая, соединяю-

щая их, графически представляет ту же линейность, которая являет-

ся очевидной характеристикой вселенной с единственным расши-

рением. И осциллирующая, и просто расширяющаяся вселенные

подвержены постепенному уменьшению интенсивности всех проис-

ходящих в них физических процессов. Осциллирующая вселенная,

если ее описывать в терминах реальной физики, меньше отличается

от идеи однократно расширяющейся вселенной, чем от древнейшей

идеи вечного возвращения. Именно эта последняя идея, как считает

Яки, была ответственна за мертворождения науки во всех древних

культурах, включая греческую.


Заканчивая свои рассуждения о расширяющейся вселенной, Яки

еще раз повторяет свой аргумент в пользу закономерности возникно-

1387009259182528.html
1387072003430768.html
1387196975633022.html
1387310522288731.html
1387359602164888.html